Восприятие японского общества в отношении якудза и их современные занятия
В сегодняшней Японии, несмотря на усилия властей по искоренению организованных преступных группировок, якудза продолжают оставаться частью городской атмосферы. Их офисы, часто украшенные яркими неоновыми вывесками, не сложно найти даже в телефонных справочниках. Самые крупные кланы выпускают журналы, а на ежегодном синтоистском торжестве Сандзя-мацури любой желающий может увидеть татуировки членов группировок, украшенные символикой кланов.
В культуре они зачастую изображаются как благородные разбойники, воплощающие многовековые традиции. Прообразом первых лидеров якудза стали персонажи театра Кабуки. История этих преступных организаций начинается с XVII века, когда в стране из-за бесконечных междоусобиц осталось много обученных воинов, ставших ненужными. Среди них были бывшие вассалы и ронины, которые, лишившись прежнего положения, образовывали банды, занимавшиеся грабежом и вымогательством.
Историки видят в этих бандах предшественников якудза из-за заимствованных традиций, таких как строгая иерархия и братская поддержка, взятых от самурайского кодекса чести. Якудза считают своим истоком не этих разбойников, а горожан, которые организовались для защиты от них, известные как мати-якко. Эти группы включали торговцев и ремесленников и были популярны среди населения, защищая его от угроз.
С течением времени мати-якко переняли язык и манеры у своих противников, но сохранили роль защитников народа. К XVII веку они уже контролировали игорный бизнес и уличную торговлю, и первым из известных лидеров стало самурайское потомство по имени Бандзуйин Тёбэй, герой многих кабуки пьес. Официальные записи не столь романтичны и упоминают его успешный игорный дом, а также схемы по найму рабочих для строительства, где людям часто приходилось работать, выплачивая долги.
В современном обществе якудза потеряли облик современных Робин Гудов, но в сознании людей они все еще иногда ассоциируются с неформальными хранителями порядка. Важную роль в их идентификации играют татуировки, носимые многими членами группировок. Настолько, что когда-то даже говорили: днём за безопасность отвечает полиция, а ночью – якудза.
В XX веке Нобору Андо, выходец из семьи самураев, оставивший криминальную карьеру, вошел в литературу и кинематограф, создавая произведения о мафии. Его книги и фильмы укрепили популярность типажа мафиози как героев искусства, что вывело его в центр внимания и сделало его звёздой кино.
Власти принимают жесткие меры для уменьшения влияния якудза, но они продолжают оставаться популярными героями книг и фильмов, а также манги и анимации, представляясь то благородными, то безчестными. Эти произведения могут быть частью самопрезентации мафии, создающих в обществе приятное восприятие этих структур, как это часто бывает с другими известными криминальными группировками по всему миру.