Михаил Алексеевич Кузмин

Перед вами — первое научное собрание прозы Михаила Кузмина, одного из самых изысканных и загадочных авторов Серебряного века. В первый том вошли его дебютные книги, включая скандально известный роман «Крылья», где впервые в русской литературе так откровенно и поэтично зазвучала тема однополой любви. Читатель погрузится в мир утончённых эстетов, античных мистерий и петербургских салонов, где реальность причудливо переплетается с гротеском и мистикой. Текст сопровождается подробными комментариями, раскрывающими сложную издательскую историю произведений. Это издание — ключ к пониманию творчества гениального стилизатора и новатора, чьи рассказы до сих пор поражают своей смелостью и музыкальностью. Развернуть

Ваня Рассудин, обычный мальчик, обнаруживает на своём плече родинку необычной формы. Это, казалось бы, пустяковое открытие заставляет его замереть у окна, забыв о строгом распорядке дня, установленном дядей Эспером Петровичем. Что скрывается за этим внезапным интересом к собственному телу — простое отроческое любопытство или предвестие грядущих перемен? Михаил Кузмин погружает читателя в атмосферу летнего утра, за которым угадывается нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Развернуть

В этом фрагменте начинается «Чудесная жизнь Иосифа Бальзамо, графа Калиостро» — часть задуманного автором «Нового Плутарха». Читатель встретится с героем, чья биография, подобно античным жизнеописаниям, полна загадок и противоречий. Автор предупреждает, что не стремится к сухой исторической точности: в подробностях и красках он намерен следовать за «многообразными путями Духа». Так рождается интригующее повествование, где грань между фактом и вымыслом намеренно размыта, а судьба великого авантюриста становится поводом для размышлений о законах мироздания. Развернуть

В усадьбе Барсуковка всё течёт своим чередом, и юная Машенька, глядя из мезонина на привычный пейзаж, тщетно пытается унять непонятную тревогу. День, полный предсказуемых событий, внезапно разбивается о странную неуклюжесть её пальцев, когда вышиванье — её любимое занятие — начинает рассыпаться в руках. Героиня ещё не знает, что эта мелкая неловкость — лишь первый признак грядущих перемен, которые вот-вот ворвутся в размеренную жизнь старинной усадьбы. Что скрывается за этим обыкновенным августовским днём — предчувствие радости или беды? Развернуть

Михаил Кузмин, мэтр Серебряного века, чей «исключительный слух и вкус» позволяли балансировать на грани гениальности, берется за рискованную задачу — «выследить и доставить» русскому читателю легендарного графа Калиостро. Герой этой книги — не просто авантюрист и маг, а фигура, чья чудесная жизнь становится зеркалом для эпохи, полной тайн и мистификаций. Автор, чьи стихи уже «разбили не одно читательское сердце», сплетает биографию Калиостро с собственными изысканными ритмами, превращая повествование в опасную игру между реальностью и вымыслом. Сможет ли читатель отличить подлинное чудо от искусной подделки, следуя за этим двойным проводником в «посю- и потусторонние» миры? Развернуть

В этой книге собраны прозаические произведения Михаила Кузмина, написанные в 1912–1915 годах. Открывает сборник повесть «Покойница в доме», за которой следуют «Сказки» и изысканная повесть «Принц Желание». Читатель погрузится в мир, где реальность переплетается с гротеском и тонкой стилизацией, а быт соседствует с мистикой. В центре одной из историй — бедный китайский рыбак по имени Непьючай, чья беззаботная жизнь течет среди древних легенд и повседневной нужды. Кузмин приглашает вас в путешествие по причудливым лабиринтам своей прозы, где каждое слово дышит изяществом и скрытой иронией. Развернуть

В эссеистическом обзоре современной ему русской литературы Михаил Кузмин с присущей ему остротой анализирует литературную ситуацию послереволюционных лет. Автор прослеживает, как на фоне общественного интереса к мемуарам и публицистике формируется новый литературный ландшафт, где имена Эренбурга, Пильняка и Иванова затмевают признанных мастеров. Кузмин фиксирует рождение нового поколения — «Серапионовых братьев» и их сосредоточенность на формальных приемах и обнажении сюжета. Отказываясь от поспешных выводов, он приглашает читателя всмотреться в то, как хронология совпадений и воля авторов перекраивают карту русской прозы. Развернуть

В этой книге Михаил Кузмин исследует феномен «мечтателей» — литературной группы, объединившей вокруг издательства «Алконост» таких авторов, как Блок, Белый и Ремизов. Автор анализирует их творческий метод, противопоставляя его формальным школам и акмеизму, и вскрывает парадоксы их мировоззрения. Читатель узнает, как за стремлением к «лирическому пафосу» и «внутреннему содержанию» нередко скрывается осознанный литературный приём. Кузмин с иронией разбирает попытки Андрея Белого «совлечь с себя покровы», превращая личные счета в часть творческого высказывания. Развернуть

Английский путешественник Фома Корбэт, живший в начале XVII века, обнаружил, что издать увлекательную прозу можно лишь в окружении хвалебных стихов от лучших поэтов. Ровно та же «стихомания» внезапно охватила и русскую публику последних лет: поэтические сборники выходят повсюду, а студии стихосложения возникают даже в самых неожиданных местах. В центре повествования — загадочная природа литературных пристрастий, капризно повторяющих друг друга сквозь столетия. Сможет ли герой разгадать эту странную закономерность и найти издателя для своего труда в мире, где стихи ценятся выше любой занимательной прозы? Развернуть

Михаил Кузмин размышляет о феномене Анатоля Франса как о классическом образе французского гения, в котором национальное начало парадоксальным образом перерастает во всемирную интернациональность. Автор прослеживает, как мыслитель-скептик и враг фанатизма черпает вдохновение из церковной старины, а принципиальный нарушитель традиций свято их соблюдает. Перед читателем раскрывается портрет писателя, чья «теплая» ирония и гуманность поддерживают жизнь, но оказываются немыслимы в эпоху катастроф. Сможет ли этот утонченный либерализм выдержать испытание Апокалипсисом? Развернуть

В опустевшем утреннем вагоне поезда Ваня вспоминает прощальные слова брата, который отправляет его на жительство к некоему Алексею Васильевичу. Юноше предстоит длительное путешествие, и всё вокруг — от чемоданов до случайных попутчиков — намекает на начало новой, непривычной эпохи в его жизни. Крепко завязанные ремни и старый господин напротив обещают перемены, которые окажутся куда значительнее, чем обычная дневная поездка. Но что скрывается за гостеприимством Алексея Васильевича и какие встречи ждут Ваню в этом новом месте? Развернуть

Вот краткая аннотация, составленная по предоставленному тексту: В основе этой биографии — не сухие факты, а свободное и вдохновенное путешествие по судьбе великого авантюриста. Главный герой, маленький Иосиф Бальзамо, рождается в семье палермского купца, но с первых же минут его жизнь окутана предзнаменованиями: мать видит на стене цветные квадраты с титулами «граф» и «чудотворец», а сам мальчик видит пророческие сны о тайных пирах и мистических церемониях. Смелый, вспыльчивый и щедрый, он уже в детстве отказывается от предсказанной ему участи купца, и читателю предстоит узнать, каким образом из большеголового мальчугана вырастает легендарный граф Калиостро. Развернуть

Вот краткая аннотация к книге по предоставленному тексту: В древнем Египте царь-маг Нектанеб, предвидя поражение, бежит в Македонию, где выдает себя за прорицателя. Он внушает бесплодной царице Олимпиаде, что лишь бог Аммон может даровать ей наследника, и сам, облачившись в рогатую маску, становится отцом будущего завоевателя. Рождение Александра сопровождается чудесными знамениями, предвещающими ему мировое владычество и скорую гибель, а обманутый царь Филипп покоряется воле богов. Эта книга — искусная стилизация под старинный роман, где магия, пророчества и придворные интриги сплетаются в историю о величайшем герое древности. Развернуть