Два персонажа русской литературы внезапно отвлеклись мыслью. Оба некстати заводят разговор о погоде совсем в другом месте.

Донна Лаура в каменных гостях у Пушкина (1830):



— А далеко, на севере — в Париже —

Быть может, небо тучами покрыто,

Холодный дождь идет и ветер дует.



< i> Молния ударяет в Собор Парижской Богоматери.< /i>



Вслед ей доктор Астров у доктора Чехова говорит дяде Ване (1896):



— А, должно быть, в этой самой Африке теперь жарища — страшное дело!



Ну а если мы Африку поженим с Парижем, то услышим веселую песенку. Зуава Филибера зовет в путь Константин Подревский (1920-е):



Пой, забавляйся, приятель Филибер,

Здесь, в Алжире, словно в снах,

Темные люди, похожи на химер,

В ярких фесках и чалмах.

В дымном трактире невольно загрустишь

Над письмом любимой той.

Сердце забьется, и вспомнишь ты Париж,

И напев страны родной…