Вообще, писатель, это человек склонный к одиночеству. Особенно нервировало (да и сейчас нервирует) то обыденное для нас состояние, когда подрываешься ночью и к тетрадке... Ну, иногда долго включать компьютер, а карандаш и салфетка (просто кусок бумаги) – всегда можно найти. Не буду утверждать, но мне сдаётся, что у большинства писателей (вне зависимости от пола) такие выходки часты.
Я вообще к чему?
Иногда мысли ночью - просто жуть. Поделитесь - только честно. Были такие, что просто так их уже не повторить. Я поделюсь своей.
Видение.
«Приближение пояса млечного пути, вначале, показалось стремительным. Звёзды всё отчётливее проявлялись, выделяясь из общей массы огромного скопления, похожего на закручивающуюся к центру спираль. Взгляд цеплялся за кометы, которые своими светящимися газовыми шлейфами указывали направление потока нейтронов и радиации. Астероидные поля, замерзшие почти неподвижными роями, оставались позади своеобразного маршрута полёта. По мере приближения к воображаемой конечной цели, расстояния между отдельными космическими объектами увеличивались, открывая новые, невидимые ранее, детали неспешного течения космических действий и разворачивающихся событий. Теперь можно было хорошо рассмотреть некоторые из планет, следовавших по своим траекториям орбит.
Стали попадаться планеты, которые проходят стадию зарождения. Гигантские сгустки космической пыли под действием гравитации собирались вокруг более тяжёлых планетоидов и, постепенно спрессовываясь, увеличивали в объёме и массе их составляющую. Взгляд стал различать знакомые когда-то, по описаниям или видимым изображениям, круги Сатурна. Где-то тут должна быть и Земля. Память услужливо рисовала голубую планету с привычными континентами и атмосферными явлениями в виде вихрей циклонов над поверхностью, чередующимися редкими цепочками облаков. Но там, где уже должна была быть эта жемчужина в солнечной системе, взгляду открылась совсем не та картина, на которую настроилось всё внутреннее ожидание. На месте Земли находился планетоид состоящий большей частью из ледяного покрова. Он не совершая никаких движений вокруг своей оси, являлся мрачным и холодным продуктом космической активности.
Всё внутреннее состояние души пришло в отчаяние, а жизнь космоса продолжала свой путь во времени. Вот планета покрылась паутиной трещин, сквозь которые проглядывалось свечение, исходящее из самого её центра. Они, увеличивались и расширяясь, раскалывали более крупные осколки на более мелкие, которые под действием внезапно возникшего внутреннего увеличивающегося объёма, расходились всё дальше и дальше друг от друга. Резкая и ярчайшая вспышка, образовавшаяся на месте происходящего действия, заставила мысленно закрыть глаза. Радиальные, шарообразные потоки ударной волны расходились с невероятной грациозностью и мрачной красотой разворачивающегося апокалипсиса в полной, звенящей тишине космоса. Они расщепляли обломки планеты на атомную пыль и превращали ледяные структуры в газовые.
В самом центре происходящей драмы появился космический объект, представляющий огромный чёрный шар, визуально разделённый на две равные полусферы. Его масса была настолько велика, что не позволила разлететься по космосу пылевым и газовым остаткам планетоида, притягивая их к своей поверхности, воздействием мощного гравитационного поля. Сама рукотворная планета закрылась тончайшим маревом из плазменного защитного поля, соприкасаясь с которым обломки погибшего планетоида окрашивали всё видимое пространство рядом с поверхностью яркими вспышками.
Но время не стояло на месте и уже скоро, по меркам космоса, пыль и обломки образовали сплошную кору, продолжая притягиваться к центру массы. Она застыла на мизерном расстоянии от защитного поля, продолжила набирать плотность и притягивала к себе всё больше и больше пыли и газа, которые под действием температуры плазмы переходили из одного физического состояния в другое.
И вот, спустя ещё некоторое время, сформировался плотный непроницаемый покров из атмосферного газа, воды и разнообразной космической породы. Визуально из космоса это представляло теперь планету с атмосферой, состоящую из одного большого участка суши на одном из полюсов и огромного пространства воды. И опять, неспешное течение времени было нарушено появлением нового объекта, достаточно близко вспыхнула вспышка, разметав остатки разрушенного планетоида, которые висели на дальних орбитах в большом количестве, успевшие удалиться от первого появившегося объекта и не попавшие в активную часть притягивающего гравитационного поля. Он был похож на своего старшего предшественника, но гораздо меньше по размерам, приблизительно раз в пятьдесят. И снова началось преобразование. Под действием нового космического тела с немалой массой, вращающегося по практически стационарной орбите, пришёл в движение образовавшийся покров вокруг чёрного гиганта, раскалываясь на части и медленно перемещаясь. Открывались громадные трещины, сквозь которые на поверхность выбрасывалась часть расплавленных масс, находившихся в постоянном соприкосновении с плазменной защитной оболочкой. Некогда прозрачная атмосфера впитала в себя миллионы тонн пепла и стала абсолютно непроницаемой для взгляда на какое-то время.
Между тем, остатки разрушенного планетоида с дальних орбит концентрировались вокруг появившегося малыша и образовывали уже и над его поверхностью уплотняющуюся со временем кору. И вот процесс закончился и взгляду открылась до боли знакомая картина. Голубая планета с легко узнаваемыми материками, вокруг которой вращается её неизменный спутник.»
