Вячеслав Паутов, мне ничего не говорит конкретное имя Момору Тацуя (это взято из реальной истории или фантазийный персонаж?), но в части самой возможности появления японца периода Хэйан на берегах Норвегии не вижу какой-то совсем уж непреодолимой проблемы. Единичные человеческие судьбы и в то время, как и в любое другое, были подчас весьма прихотливы. Сколько их нам известно (а сколь много неизвестно), таких средневековых путешественников от края до края земли, как вольных, так и невольных. Другое дело, что гораздо сложнее представить, как японец выживет и найдет общий язык с местными. При этом надо еще понимать, что он будем совсем не похож на уже более привычного и понятного нам японца периодов Сэнгоку и Эдо. Надо подумать, что-то наверняка смогу подсказать. Но нужны более точные данные по времени, месту и герою. И кстати, он Момору-но Тацуя или Тацуя-но Момору, а может и вовсе Мамору-но Тэцуя или наоборот?
Точнее будет - Момору-но Тацуя, фэнтезийный персонаж, хайдзин. Человек среднего возраста, но выглядящий мальчишкой, выше среднего роста, угловатый. Куплен на Константинопольском рынке невольников монахами, обратившими внимание на его стойкость и безучастность к рабской доле, спокойствие и уравновешенность которого, были сравнены с стойкостью Христа... Момору похитили норманны и силой увезли на Север, к тому времени он уже владел латынью и латинским письмом. Но Момору-но Тацуя продолжал писать хайку, северяне же испытывали благоговение перед его иероглифами, которые воспринимали как "древнее рунное плетение" (связки нескольких групп рун), заклинания, колдовские письмена.
Вячеслав Паутов, честно сказать, вопросов стало только больше:
1. Может все-таки Мамору Тацуя ? Ведь, скорее всего, имелось в виду что-то типа «дракон-защитник». А лучше бы увидеть соответствующие кандзи. Вообще если у него есть фамилия в означенный период (плюс он поэт), то это аристократ кугэ, но мне, к примеру, неизвестна такая семейная или территориальная фамилия. То есть надо продумать этот момент. Если же это имя и прозвище, то записываться будет скорее как Мамору-тацуя.
2. Хайдзином в описываемое время он быть никак не мог, от слова совсем, ни по сути, ни, тем более, по названию. Ежели он именно поэт, то писал канси или вака, но первое, думаю, адекватно воспроизвести на русском вообще ныне нереально, а второе возможно, к примеру, в виде танка, но с учетом специфики эпохи.
3. Даже японец-аристократ, тем более столь нехарактерно рослый и угловатый, при средних годах не будет выглядеть как мальчишка. Хотя и что подразумевать под средними годами. Скажем, если ему тридцать, и он всю свою жизнь провел во дворцах/храмах Нары или Хейана, и при этом он невысок и строен, то он может выглядеть как юноша лет пятнадцати-семнадцати. Но если ему за сорок, он высок ростом и угловат, да и не всегда жил во дворце, то без каких-то особых аномалий он будет выглядеть не моложе тридцати.
4. Мне сложно представить, как японский аристократ даже той эпохи (то бишь совсем не самурай, коих тогда вообще еще не было, да и, на самом деле, они вовсе не аристократы) вдруг окажется на рабском рынке (именно рабском, невольники это уже из другой оперы). В смысле – раньше не покончит с собой (притом во многом по совсем иным причинам, чем тот же самурай), даже если его захватили, к примеру, беспамятным. Тем более мне сложно представить его «стойкость и безучастность к рабской доле». Равно сомнительным выглядит и покупка раба монахами, кои были противниками рабства, да и не на что, а практика выкупа в свободные появилась позже, со временами уже Крестовых походов и Реконкисты (естественно, что и не в Ромейской империи). Притом само сравнение стойкости раба-инородца и Христа выглядит явной натяжкой, если не хуже.
5. Похитить норманны его вполне могли (оставим сейчас за скобками, кто здесь под ними подразумевается, наверняка у Вас есть свои выкладки), но вот причем здесь латынь, что устная, что письменная? В Ромейской империи к тому времени не только говорили, но уже и лет сто-двести писали только на среднегреческом.
6. Писать, пусть не хайку, а танка, он вполне-таки мог, теоретически даже можно предположить, что иероглифы могли принимать за некое чужое рунное плетение, но вот за собственные древние руны уже никак, слишком разный рисунок. Так что за инородного колдуна принять очень даже могли, а вот за своего продолжателя неких древних традиций, безусловно, нет. Я уж не говорю про внешность.
В общем, требуются более точные данные: когда именно происходят события, его происхождение и возраст, к кому именно и куда в Норвегии он в итоге попал, и главное – для чего собственно этот герой нужен и каков характер самого текста.
Но почему именно японец? Или пусть японец, но не аристкрат. Их пираты грабили побережье Китая, даже до Африки, вроде бы, заносило бродяг. А там Занзибар, тоже те ещё ребятки - Сомали и тогда уже славилась. Вот, и своим ходом, как полный нелеквид - безучастен же, не мотивируем - на рабский рынок. А там его купил торговец диковинами, ведь были же такие? Ну. водились же во дворцах лилипуты! Вот и этого на ту же роль. И Ян прав - рост ему надо убавить, иначе парню там не оказаться. В море не брали больших - слишком много им нужно воды, и сопят без толку. Моряки до смерти оставались юнгами. Как Нельсон, хотя - та же сволота.
