Аркадий Тимофеевич Аверченко

Весной 1908 года легкомысленная «Стрекоза» превратилась в язвительный «Сатирикон» — журнал, сделавший смех оружием против мрака и абсурда. Под руководством блистательного Аркадия Аверченко молодые поэты, художники и прозаики создали издание, где сатира стала не просто развлечением, а спасением от «безумного мира». На его страницах творили Саша Черный, Надежда Тэффи и другие таланты, превращая дурное в смешное, а пугающее — в нестрашное. Эта книга — история о том, как «волшебный алкоголь» смеха помогал целой эпохе не сойти с ума от всевластного засилья глупости и порока. Expand

Мишка Саматоха, принципиальный противник всяческих планов, перелезает через забор дачи без определённой цели — украсть, ограбить или просто напиться так, чтобы «чертям было тошно». Однако его встреча с шестилетней Верой, оставленной без присмотра нянькой, нарушает все пиратские замыслы. Девочка, принявшая бродягу за гостя, увлекает его в игру в угощение, где вместо ограбления Саматохе приходится осваивать роль светского визитёра. Сможет ли бывалый босяк устоять перед искренним доверием ребёнка и не разрушить этот хрупкий мир? Expand

Вот краткая аннотация к книге, составленная по предоставленному тексту: Смех сквозь зубы — вот оружие, которое выбирает автор, чтобы рассказать о «новом быте» послереволюционной России. Главный герой этих очерков — сам обыватель, писатель и даже собака, чьи жизни перемалываются жерновами абсурдной реальности. Завязка рождается из столкновения творческой личности с «рабочим контролем над производством», где писать приходится под бдительным оком не понимающих в искусстве людей. Сквозь горькую иронию и сатиру автор доказывает: Россия жива, а значит, смеяться над её бедами не только можно, но и нужно. Expand

В этой сатирической фантазии Аркадий Аверченко примеряет на суровые российские реалии начала XX века калифорнийские нравы — скорый и беспощадный суд Линча. Герой-рассказчик, устав от безнаказанности спекулянтов, жадных извозчиков и банкиров, мечтает о радикальной справедливости: чтобы за недопеченный хлеб или завышенную цену следовала не жалкая штрафная квитанция, а тугая петля на фонарном столбе. Сможет ли ураган «народного правосудия» исправить то, что не в силах изменить городовые и законы? Ироничный и дерзкий текст балансирует между гротеском и тоской по порядку, где совесть подкреплена крепкой веревкой. Expand

Вот аннотация к тексту: В сатирическом очерке автор с фирменным аверченковским юмором рисует портрет константинопольского грека эпохи исхода. Рассказчик, наблюдающий за жизнью греческой диаспоры после эвакуации русских из Крыма, с беспощадной иронией описывает национальный характер, быт и нравы этого народа. Перед читателем предстает собирательный образ: грек, для которого торговля — единственная профессия, а нажива — смысл существования, грек, способный содрать последнюю лиру с нищего и спрятать её под паркет. Однако за гротескными зарисовками — отсутствием искусства, чудовищной скупостью и показной роскошью — проступает трагедия целого народа, теряющего всё нажитое в новом «разрушении Помпеи». Expand

Вот краткая аннотация к тексту: Герой рассказа, взрослый «дядя», оказывается перед допросом двух маленьких детей — Лили и Котьки. С хитрой настойчивостью те выуживают из него обещание устроить рождественскую ёлку, ловко парируя его страшные истории о пожарах и увечьях собственными доводами. Аркадий Аверченко с тонким юмором показывает, как дети, притворяясь наивными, на самом деле мастерски ведут психологическую атаку, оставляя взрослому лишь иллюзию выбора. Эта короткая сценка — ироничный портрет «инквизиции» невинностью, где главный герой сдаётся под натиском искренней детской хитрости. Expand